Флор Васильев

Перевод Анатолия Жигулина

Когда затревожится сердце мое…

Когда затревожится сердце мое,
Шагаю в поля,
На луга ухожу.
И слышу:
Поет золотое жнивье,
И утренней свежестью жадно дышу.

А в раннее утро
В полях у реки
Просторно дышать — словно после грозы.
И кажется:
В жизни дороги легки.
И мнится:
Ее бесконечны часы.

И словно бы ветром
Печаль унесло.
Природа листвою шумит надо мной.
И в тело опять возвращает тепло.
И в сердце опять возвращает покой.

Качаются сосны и тихо поют

Качаются сосны и тихо поют
В прозрачном небесном просторе.
А дни пробегают,
И годы идут.
И счастье сменяется горем.

Они осыпают снегов серебро,
Высокие мудрые сосны.
Они замечают и зло и добро,
Качаясь то мирно,
То грозно.
Качаются сосны, поют в тишине.
Сменяются зимы
И весны.
Высокую веру
Рождают во мне
Высокие мудрые сосны.

Природа-мать заботится о нас

Природа-мать
Заботится о нас

Природа-мать
Заботится о нас
И всех своих детей
Безмерно любит.
Своей травой
Гордится в ранний час.
Руками ветра
Синий лес голубит.

Как терпелива ты,
Природа-мать!
Не сердишься,
Когда тебя обидим.
Твоих тревог
В словах не передать.
Но никогда мы слез твоих
Не видим.

Прикосновеньем
Материнских рук
Ты наше сердце лечишь,
Мать-природа,
В твоих краях,
Где солнце, лес и луг,
Где родников
Журчащая свобода.

О лес! Ты надежный товарищ

О лес!
Ты надежный товарищ.
С тобою беда — не беда.
Я знаю,
Что ты не обманешь,
Не выдашь меня никогда.

Иду
Между сосен и елок,
Шагаю по мокрой траве.
И радуюсь,
Словно ребенок,
Твоей шелестящей листве.

А в чаще
Все глуше и глуше
Шаги отдаются мои…
Здесь ветры не смеют нарушить
Высокие думы твои.

Стоишь,
Охраняя округу.
Заря над тобою встает,
И солнце,
Как равному, руку
Из тучи Тебе подает.

Задуматься всерьез пришла пора

Задуматься всерьез пришла пора.
Прошла пора бездумного веселья.
И сил сегодня Меньше, чем вчера.
И ветер за окном —
Уже осенний.

И горизонт все дальше впереди.
И впереди гора
Встает все круче.
И с каждым шагом все трудней идти.
И все темней
Над головою тучи.

И постепенно уже круг друзей.
А дружба, что осталась,—
До могилы.
Такая дружба до последних дней
Нам помогает
И дает нам силы.

Короче день,
Он вдаль спешит уйти.
О нем мои навязчивые мысли,
А дел еще
Так много впереди,
Пришла пора задуматься о жизни.

Мама, мама! В родную деревню

Мама, мама! В родную деревню
Погостить заглянул я домой.
Не сердись,
Что за краткое время
Я не много побуду с тобой.

За рекою по имени Моя
Я бродил вдоль колючей стерни.
Свое детство искал золотое.
Но умчались те давние дни.

Журавлями они улетели
Далеко за поля и леса.
До сих пор
Сквозь года и метели
Все доносятся их голоса.

Не вернуть этой жизни летящей,
Что и в горе была хороша.
Только детство
Все чаще и чаще
Все равно вспоминает душа.

Грустные песни заводит округа
.
Грустные песни заводит округа.
Ивы прощаются с желтым листом.
В поле скирды окликают друг друга —
Скучно без дела на поле пустом.

Грязью чернеет сырая дорога.
Видится все в нескончаемой мгле.

Словно и жизни осталось немного,
Словно и радости нет на земле.

Но лишь покажется солнце из тучи —
Снова сверкает солома полей.
Суше дорога на жниве колючей,
Грустные песни звучат веселей.

И ветерок шелестит на покосе.
Темная туча —
Куда-то ушла.
И, словно чистая, свежая озимь,
Жизнь впереди —
Весела и светла.

Обиженной девочкой осень

Обиженной девочкой осень
Уходит,
Срывая цветы.
И летние краски уносит,
И в лужу бросает листы.

Уже опустела равнина.
Амбары и риги —
Полны.
Последняя в поле машина
Нарушила сон тишины.

И голая ива маячит
Над синью холодной травы.
И осень,
Как девочка, плачет
Над россыпью алой листвы.

Пришел и радости конец

Пришел и радости конец
Пришла на землю
Осень.
И неба пасмурный свинец
Сменил
Былую просинь.

Холодный ветер налетел
От северных предгорий.
И лес от стужи
Потемнел,
Застыл на косогоре.
А над рекою —
Тишина.
Покрылись рябью плесы.
И бьет свинцовая волна
В прибрежные откосы.

Светлее стало
У земли
От тающего снега.
И дольше слышится вдали
Серебряное эхо.

Листья желтые летят к сырой земле

Листья желтые летят к сырой земле.
Ветки голые видны издалека.
Реже солнце появляется во мгле.
Тяжелее проплывают облака.

А в полях за Шамашуром — тишина.
Только птицы собираются, звеня.
И картина предосенняя скучна.
Только желтая виднеется стерня.

Видно, птицы собираются в полет.
И, печальную округу веселя,
Ветер песню расставания поет.
Словно рекруты, подстрижены поля.

Притих на поле ветер

Притих на поле ветер.
Березы не шумят.
Колосья,
Словно дети
Подросшие, стоят.

И в вышине струится
Холодный свет небес.
И покидают птицы
Притихший грустный лес.

Бледнеет, тает лето
Предутренней луной.
И гром далекий где-то
Прощается с землей.

Осень пришла на родные холмы

Осень пришла на родные холмы.
Воздух наполнен
Дыханьем разлуки.
Но и в предчувствии близкой зимы
Слышатся сердцу
Весенние звуки.

Лист не торопится с ветки слетать,
Хочет продлить
Свою жизнь хоть немного.
Птицам не хочется лес покидать,
К югу лететь
От родного порога.

Желтой листвою тропу замело.
А кое-где
Еще светится зелень.
Но, несмотря на скупое тепло,
Воздух наполнен
Дыханьем осенним.

Наступило печальное время

Наступило печальное время.
Присмирела вода подо льдом.
И скрипят на морозе деревья,
Словно жалобно просятся в дом.

И пурга над рекою несется,
Заметает кусты ивняка,
Чтоб навеки забыла про солнце,
Чтоб навеки застыла река.

Но волна —
Не желает смириться
И упрямо бурлит в глубине.
В ледяной неуютной темнице
Все поет
И поет о весне.

Когда исчезнет тропка в желтой ржи

Когда исчезнет тропка в желтой ржи
Растает вдруг серебряное лето…
И зябнет солнце в голубой тиши,
Осенней первой тучкою задето.

И, золотистым пламенем горя,
Ботва чернеет в утреннем тумане.
И в роковых объятьях сентября
Дрожит осина на лесной поляне.

А ветер налетит издалека,
Замутит рябью медленную воду.
И вспомнит потемневшая река
Про зимнюю лихую непогоду.

Еще глухая осень на дворе

Еще глухая осень на дворе.
Еще дожди,
Еще холодный ветер.
И черные деревья на заре
Еще качают
Вымокшие ветви.

А на дороге —
Грязь из-под колес.
И вдоль дороги —
Мокрые бурьяны.
И даже пихту

Довели до слез
Холодные осенние туманы.

Еще глухая осень у земли.
Но дума — о весне,
О севе хлеба.
Наверное, поэтому вдали
За серой тучей
Посветлело небо.

Гудел холодный ветер

Гудел холодный ветер,
Мяукал за окном.
И только на рассвете
Забылся
Чутким сном.
И небо просветлело
Над ветками берез.
На землю поглядело.
А на земле —
Мороз.
И провода над крышей,
Как прежде, не гудят.
Снежинки —
Тише, тише,
Задумчивей летят…

Угасает день рабочий

Угасает день рабочий,
Как костер на берегу.
Соловей под сенью ночи
Будит ивы
На лугу.
А по небу
В синих звездах
Катит светлая луна.
Сквозь прозрачный
Сонный воздух
Песня трактора слышна.

На луга
И на деревья
Белый стелется туман.
Издалека —
Из деревни —
Слышно песню
И баян…

И на голос —
Чистый-чистый —
Вдруг откликнулась душа…
И затих вдали транзистор —
Чтобы песне
Не мешать.

Осеннее солнце

Работало солнце все лето.
Трудилось в полях
И садах.
Лучи его теплого света
Ожили в снопах
И плодах.

А нынче
И солнце устало
От этой страды полевой —
И светит не так,
Как бывало,
И раньше уходит домой.

На пригорке — родная деревня

На пригорке — родная деревня.
Хорошо у меня на душе.
Речка Моя у старых деревьев
Деловито шуршит в камыше.

По тропинке,
Что многих дороже,
Вышел в поле,
В знакомый простор.
Поздоровался с солнечной рожью,
Слушал тихий ее разговор.

Я прошел по зеленому лугу.
Заглянул в недалекий лесок.
Обошел дорогую округу.
Земляники набрал туесок.

Наслаждался
Простором и тишью.
И почувствовал сердцем,
Что я
В этом радостном крае —
Не лишний.
И душа отдыхала моя.

На луговине нежатся цветы

На луговине
Нежатся цветы.
Спешат на землю
Светлые лучи.
Над лесом
Заливаются дрозды.
И плещут волны
Медленной Чупчи.

А люди исчезают
Без следа.
Бушуют грозы,
И горят леса.
И только эта
Вечная вода,
Как прежде,
Отражает небеса.

Качается в жилище
Колыбель.
Потом кричат
На кладбище грачи.
Но все равно —
И прежде и теперь —
Струятся воды
Медленной Чупчи.